Оглядываясь на год памяти Прокофьева, хочется вспомнить грандиозный фестиваль в марте 2004 года, который завершал мировой солнцеворот прокофьевской музыки. Этот фестиваль осуществила Московская консерватория, предоставив свои знаменитые Большой, Малый и Рахманиновский залы для девяти бесплатных (!) концертов, своего рода Декабрьских вечеров Прокофьева. Кажется, практически невозможным в нынешнее время осилить подобное, но факты - вещь упрямая (скажем, теперь консерватория готовится к большому - и снова бесплатному, фестивалю памяти М.И. Глинки).
   Исполнительские силы были великолепны: симфонический и камерный оркестры консерватории, профессора, выпускники, аспиранты, студенты. Прочнейшей опорой "прокофьевкому сезону" стали кафедры вуза. Все оригинальные произведения для скрипки соло и скрипки с фортепиано представляла кафедра скрипки, тему "Прокофьев и его время" - межфакультетская кафедра фортепиано, камерно-вокальную музыку и сцены из опер - вокальный факультет (кафедра сольного пения), камерные ансамбли - кафедра камерного ансамбля и квартета, все фортепианные сонаты - фортепианный факультет, торжественные "большие" концерты - оркестровые коллективы.
   С большой любовью были оформлены афиши, которые теперь хранятся в Музее Прокофьева, и подробный буклет, помогающий посетителю ориентироваться в программах фестиваля и его исполнительском составе. Страничка буклета, представляющая организаторов фестиваля, приоткрывает тайну успеха и самую возможность проведения девяти концертов: работала практически вся консерватория - ректор, проректоры, деканы, факультеты, кафедры, сектор исполнительской практики? Наверное, трудно назвать тех, кто в этом не участвовал.
   На открытии фестиваля, которое состоялось 7 декабря в Большом зале, вступительное слово сделала Н. Савкина, которая, в частности, сказала: "Нынешний год - год памяти Сергея Сергеевича Прокофьева. Человек Серебряного века, выброшенный из России 1917 годом, он, исколесив весь мир, вернулся. Его притягивала к себе Россия; его прельстил соблазн коммунистической утопии; его любили и понимали здесь так, как нигде больше. Он включил самого себя в вечный сюжет, последовав наставлению евангельской притчи о Блудном сыне. Сюжет развернулся в реальности. (...) После 5 марта 1953 года состоялось множество премьерных исполнений его сочинений. Сын и внук Прокофьева расшифровали и в 2002 году опубликовали прокофьевский Дневник. На полутора тысячах страниц неожиданно, опрокидывая многие устоявшиеся истины, разворачивается эпос мировой культуры. (...) Прокофьевское "подполье" огромно, оно все растет. Например, возможно ли было представить себе еще несколько лет назад, что он был глубоко религиозным человеком и прихожанином церкви Christian Science в Париже? Подобно Пушкину Прокофьев принадлежит к вечно живым и движущимся явлениям. Композитор создал собственную картину мира, и этот мир не лежит во зле. В нем - весь спектр мироздания, но он прекрасен и добр".
   Блеск подлинного исполнительского искусства, проявившийся на фестивале, свидетельствует о признательности и любви к великому мастеру, ярчайшему дарованию русской и мировой культуры. Девять концертных вечеров фестиваля, за осуществление которых следует низко поклониться Mосковской консерватории, были наполнены светом музыки Сергея Прокофьева, названного Константином Бальмонтом "солнечным богачом". Программы представили почти все музыкальные жанры, в которых композитор оставил заметный след. Музыка Прокофьева устремлена в будущее.

(Напечатано в приложении к "Российской музыкальной газете" - "Музейный листок")
 

Вернуться / Васк